Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

Товарищи офицеры, сержантский и рядовой состав! С Праздником!

Очередной репост от 2016-го года, извините...

В общем-то я недоделанный офицер. Всего три месяца на берегах Волги, в Путиловских лагерях - после Института, но время это запомнилось, и сейчас кажется, что в эти три месяца могла вместиться, и даже вместилась, целая жизнь. Описать это невозможно, но попробую.

Путиловские лагеря находились в десятке километров от Калинина (нынешней Твери), до Калинина мы доехали на электричке, но потом, по странной прихоти начальства, нас погрузили не в грузовики, а в прогулочный катер, который должен был по Волге довезти нас до лагерей. Еще более странным оказалось то, что на катере работал буфет и в нем в изобилии были представлены и водка, и пиво, чем мы с радостью и воспользовались.  А еще у нас, естественно, было с собой. Катер шел больше часа (на автомобиле мы бы доехали за полчаса), упились все прилично. И вот катер уткнулся носом в крутой песчаный берег Волги, неподалеку от лагерей (как мы потом поняли, это был самый высокий и крутой берег во всей окрестности, правда неподалеку от офицерского городка). Грянул марш "Прощание славянки", наверху стояло начальство лагерей, и в этот момент за борт катера полетели пустые бутылки из под пива и водки, и покачиваясь, правильным строем, поплыли вниз по течению. Мы начали выгружаться. Подъем на высокий берег не всем дался легко - кое-кто, не в состоянии удержаться на крутом песчаном откосе, скатывался вниз, и начинал восхождение заново, играл марш, церемониально вытянувшись стояло начальство. Картинка была очень потешная - плывут бутылки, студенты катятся по склону, марш, а в голове все так приятно плывет...

Потом нас построили, и начальник лагеря объяснил, что "тут вам не здесь", и что стать офицером - это высокая честь, что госэкзамен будет проводиться со всей строгостью и он очень сомневается, что многие из нас, а скорее никто, его сдадут, особенно после всего того, что мы тут устроили.

Затем нас переодели. Форма была чудная - вся новая, нижнее белье - американское, пуговицы были с американскими орлами, а ХБ - образца 44-го года, немного смешная из-за необъятных галифе, но ткань совершенно натуральная, мы потом заценили ее, когда бежали параллельными курсами со взводом МГИМО, которых одели в современную форму - у них из под подмышек мокрый след тянулся до самых сапог - а у нас все было сухо. Короче - форма была качественная, а вот сапоги у меня треснули на второй неделе...

Дальше потянулась рутина, мы привыкали к новой жизни. Привыкали к тому, что жить в одной палатке, рассчитанной от силы на 6-х, можно и 15-ти курсантам, только поворачиваться во сне надо всем вместе, что надо вытряхивать по утрам змей из сапог, привыкали к своеобразной пище, к тому, что для сна можно  использовать любой момент, и сон на земле под проливным ливнем - это нормально.

Про технику безопасности наши офицеры не забывали, но делали это своеобразно. На учения нам выдавали холостые патроны, чтобы мы от души побегали крича "Ура" и оглушительно стреляя по воображаемому противнику, но в первый раз наш офицер зарядил автомат шомполом и холостым, и выстрелил в сосну диаметром сантиметров 40. Шомпол пронзил сосну насквозь. Потом мы по-очереди вырубали его.

Еще был момент - принятие присяги, мы должны были со строевой песней пройти мимо каких-то чинов Кантемировской Дивизии, к которой мы относились. И наш офицер гонял нас до одури, а гонял из-за того, что мы пели, но пели какую-то похабщину, я уже не помню что, кажется "Мне не Тани снятся и не Гали...", и вот в 12 часов ночи он сказал, "Отбой, бл.ть, но если, бл.ть, вы завтра это споете - пеняйте на себя!", мы назавтра, конечно, спели "Идет солдат по городу... " ))

Потом все теряется в пьяном угаре. Как мы жарим картошку с грибами на напалме, вождение, стрельбы, натягивание гусеницы. Как мы умудрялись не просыхать, если ближайший сельмаг был в 20 км от лагерей - до сих пор загадка для меня. Еще удивительно, то, что никто не покалечился, не болел все эти 3 месяца, а в сентябре уже были серьезные заморозки и палатка изнутри покрывалась инеем.

Мы многому научились за это время. Главное умение - это умение сохранять невозмутимость в любых обстоятельствах! Еще научились "безобразничать безобразия", "водку пьянствовать" и не попадаться. Я, например, сумел на неделю вырваться домой к своей дочурке в самоволку, и об этом не узнал никто, взводный прикрыл и на вечерней поверке кто-то за меня кричал "Я"...  Хотя, я конечно теперь понимаю, что все не так просто, и это входило в программу боевой подготовки офицера - офицер должен обладать определенной дерзостью. )))

Госэкзамен сдали все и получили офицерские корочки лейтенантов. Самого экзамена я не помню, вероятно я был пьян. Похоже наши наставники воспитали из нас офицеров - мы научились, находясь в состоянии перманентного легкого подпития и отсутствии элементарных бытовых удобств четко решать боевые задачи. )))

С Праздником!

PS. Еще одна странная прихоть судьбы, что в этих Лагерях незадолго до войны, играла в куличики моя мама: мой, тогда еще молодой, дед был начальником артиллеристской службы.
PPS. Сейчас эти лагеря заброшены. Современное фото въезда в лагеря:


Развалины командного пункта на полигоне:

Спасибо военкому...

Советские ученые - люди, в массе своей, безамбициозные. Им бы интересную работу, да оборудования побольше и подороже. Я тут специально поговорил с коллегами о том, из-за чего они пошли в аспирантуру и ни у одного причиной не были ни амбициозные, ни карьерные соображения. Причиной поступления всегда была повестка из военкомата. Я не утверждаю, что среди нас абсолютно все люди без амбиций, иначе бы не было бы академиков, но в массе - советский ученый, причем тот ученый, который делает основную работу - человек без амбиций. Так что спасибо военкому за вклад в развитие советской науки!

Раз уж потянуло на воспоминания...

Раз уж потянуло на воспоминания, то главным впечатлением от Глазго была, конечно, не первомайская демонстрация, а ежевоскресные марши Оранжистов. Оранжисты - протестанты, поклонники Вильгельма III Оранского, таким образом протестуют против католиков. Поражало многолюдье этих шествий, веселье и боевой задор. Вот пара фрагментов этих маршей:


ну и несколько фото:


Товарищи офицеры, сержантский и рядовой состав! С Праздником!

В общем-то я недоделанный офицер. Всего три месяца на берегах Волги, в Путиловских лагерях - после Института, но время это запомнилось, и сейчас кажется, что в эти три месяца могла вместиться, и даже вместилась, целая жизнь. Описать это невозможно, но попробую.

Путиловские лагеря находились в десятке километров от Калинина (нынешней Твери), до Калинина мы доехали на электричке, но потом, по странной прихоти начальства, нас погрузили не в грузовики, а в прогулочный катер, который должен был по Волге довезти нас до лагерей. Еще более странным оказалось то, что на катере работал буфет и в нем в изобилии были представлены и водка, и пиво, чем мы с радостью и воспользовались.  А еще у нас, естественно, было с собой. Катер шел больше часа (на автомобиле мы бы доехали за полчаса), упились все прилично. И вот катер уткнулся носом в крутой песчаный берег Волги, неподалеку от лагерей (как мы позже поняли, это был самый высокий и крутой берег во всей окрестности, правда неподалеку от офицерского городка). Грянул марш "Прощание славянки", наверху стояло начальство лагерей, и в этот момент за борт катера полетели пустые бутылки из под пива и водки, и покачиваясь, правильным строем, поплыли вниз по течению. Мы начали выгружаться. Подъем на высокий берег не всем дался легко - кое-кто, не в состоянии удержаться на крутом песчаном откосе, скатывался вниз, и начинал восхождение заново, играл марш, церемониально вытянувшись стояло начальство. Картинка была очень потешная - плывут бутылки, студенты катятся по склону, марш, а в голове все так приятно плывет...

Потом нас построили, и начальник лагеря объяснил, что "тут вам не здесь", и что стать офицером - это высокая честь, что госэкзамен будет проводиться со всей строгостью и он очень сомневается, что многие из нас, а скорее никто, его сдадут, особенно после всего того, что мы тут устроили.

Затем нас переодели. Форма была чудная - вся новая, нижнее белье - американское, пуговицы были с американскими орлами, а ХБ - образца 44-го года, немного смешная из-за необъятных галифе, но ткань совершенно натуральная, мы потом заценили ее, когда бежали параллельными курсами со взводом МГИМО, которых одели в современную форму - у них из под подмышек мокрый след тянулся до самых сапог - а у нас все было сухо. Короче - форма была качественная, а вот сапоги у меня треснули на второй неделе...

Дальше потянулась рутина, мы привыкали к новой жизни. Привыкали к тому, что жить в одной палатке, рассчитанной от силы на 6-х, можно и 15-ти курсантам, только поворачиваться во сне надо всем вместе, что надо вытряхивать по утрам змей из сапог, привыкали к своеобразной пище, к тому, что для сна можно  использовать любой момент, и сон на земле под проливным ливнем - это нормально.

Про технику безопасности наши офицеры не забывали, но делали это своеобразно. На учения нам выдавали холостые патроны, чтобы мы от души побегали крича "Ура" и оглушительно стреляя по воображаемому противнику, но в первый раз наш офицер зарядил автомат шомполом и холостым, и выстрелил в сосну диаметром сантиметров 40. Шомпол пронзил сосну насквозь. Потом мы по-очереди вырубали его.

Еще был момент - принятие присяги, мы должны были со строевой песней пройти мимо каких-то чинов Кантемировской Дивизии, к которой мы относились. И наш офицер гонял нас до одури, а гонял из-за того, что мы пели, но пели какую-то похабщину, я уже не помню что, кажется "Мне не Тани снятся и не Гали...", и вот в 12 часов ночи он сказал, "Отбой, бл.ть, но если, бл.ть, вы завтра это споете - пеняйте на себя!", мы назавтра, конечно, спели "Идет солдат по городу... " ))

Потом все теряется в пьяном угаре. Как мы жарим картошку с грибами на напалме, вождение, стрельбы, натягивание гусеницы. Как мы умудрялись не просыхать, если ближайший сельмаг был в 20 км от лагерей - до сих пор загадка для меня. Еще удивительно, то, что никто не покалечился, не болел все эти 3 месяца, а в сентябре уже были серьезные заморозки и палатка изнутри покрывалась инеем.

Мы многому научились за это время. Главное умение - это умение сохранять невозмутимость в любых обстоятельствах! Еще научились "безобразничать безобразия", "водку пьянствовать" и не попадаться. Я, например, сумел на неделю вырваться домой к своей дочурке в самоволку, и об этом не узнал никто, взводный прикрыл и на вечерней поверке кто-то за меня кричал "Я"...  Хотя, я конечно теперь понимаю, что все не так просто, и это входило в программу боевой подготовки офицера - офицер должен обладать определенной дерзостью. )))

Госэкзамен сдали все и получили офицерские корочки лейтенантов. Самого экзамена я не помню, вероятно я был пьян. Похоже наши наставники воспитали из нас офицеров - мы научились, находясь в состоянии перманентного легкого подпития и отсутствии элементарных бытовых удобств четко решать боевые задачи. )))

С Праздником!

PS. Еще одна странная прихоть судьбы, что в этих Лагерях незадолго до войны, играла в куличики моя мама: мой, тогда еще молодой, дед был начальником артиллеристской службы.
PPS. Сейчас эти лагеря заброшены. Современное фото въезда в лагеря:

Китайская медалька

Марусин отец сегодня подарил Янеку медальку или значок, которую получил в подарок от китайского студента в то время когда преподавал на физфаке МГУ в середине 50-х... Юр, не поможешь с переводом - что там написано?

UPDT. Оказывается это медаль за участие в компании на реке Хуайхэ в 1948-49 в Гражданской Войне КПК против армии Гоминьдана возглавляемой Чан Кайши. Студент говорил тестю, что медаль давали только тем, кто переправился через реку.

А Вы бы подарили боевую награду своему преподавателю?

Спасибо yuri7751 и songmeili за помощь!